Авторизация

x
Логин :
Пароль :
Войти через

Марченко о финансах и не только..

18 Февраль 2010 0 867 (с) profinance.kz

Предпринимательский дух зиждется на готовности при неудачном стечении обстоятельств принять весь огонь на себя. Уберечься от многих рисков в управлении отдельной компанией или же экономикой в целом можно, исповедуя принципы самодисциплины.

Об этом, и не только, в интервью журналу "МБК" рассказывает председатель правления Национального банка Республики Казахстан Григорий Марченко.

- Григорий Александрович, многие казахстанские предприниматели опасаются, что недавно заработавший Таможенный союз окажет негативное действие на развитие сектора МСБ в Казахстане. На ваш взгляд, почему возникли такие опасения и насколько они обоснованы?

- Прежде всего, рынки и люди больше всего не любят неопределенности и тех процессов, которые они не понимают, а потому, по-старинке, начинают трактовать их, как потенциальную угрозу и, на всякий случай, чего-то бояться. Речь идет о давно известном феномене в психологии, согласно которому человек гораздо более восприимчив к плохим новостям. А когда новостей мало, то он склонен негативным образом интерпретировать ту информацию, что еще существует.
На самом деле нет никакого серьезного анализа по влиянию данного объединения на бизнес - ни по секторам, ни по отдельным товарам и услугам.

Например, говорят, что цены на автомобили вырастут. А почему и на сколько, выяснить мало кто удосуживается. То же самое происходило при проведении девальвации тенге в феврале 2009 г. В обществе шли разговоры о том, что скоро доллар будет стоить 180 или даже 200 тенге, что инфляция составит 25% и т. п. Но факты другие: по итогам прошлого года уровень инфляции составил 6,2%, а второй девальвации не было.
В любом случае деятельность Таможенного союза оценивать рано, потому что механизм еще реально не заработал. А бояться просто так, на всякий случай, - бессмысленно.

- Как Вы относитесь к идее создания в Казахстане специализированного банка для МСБ? В России, к примеру, работает КМБ Банк, в Беларуси - ББМБ (Белорусский банк малого бизнеса)...

- Позиция Национального банка по этому вопросу была сформулирована еще в середине 1990-х годов. Мы против создания специализированного банка, это уже проходили. У нас уже был специализированный "Агробанк", который банкротился три раза. Вспомните также ныне ликвидированный "Наурыз банк", объединившиеся "Туран банк" и "Алем банк", "Кредсоцбанк", который был присоединен к частному и стал Банком ЦентрКредит.

Таким образом, из пяти специализированных финансовых учреждений, которые были созданы еще при СССР, четыре структуры приказали долго жить, а одна успела сделать это целых три раза.

Специализированные банки, как правило, в силу своей специфики являются убыточными, их деятельность связана с концентрацией рисков, а функционирование сопровождается государственным финансированием, в то время как надо от этого отходить, запуская рыночные механизмы кредитования.

Кроме того, у нас уже имеются различные специализированные учреждения, деятельность которых направлена на кредитование МСБ, например АО "Аграрная кредитная корпорация", "АО "Казагрофинанс" и т. д. Даже АО "Казпочта" кредитует малую и среднюю предпринимательскую деятельность, являясь доступной в самых отдаленных уголках республики.

Другое дело, если какие-либо из действующих банков захотят специализироваться на МСБ, им этого запрещать никто не будет. Возражений не предвидится, если при этом они не будут просить дополнительных налоговых льгот или послаблений

С моей точки зрения, это более широкий вопрос. Когда речь заходит о создании банка для МСБ, на самом деле имеется в виду, что сектору нужно больше кредитов. Но для этого не обязательно образовывать специализированную структуру, тем более с государственным участием или полностью государственную. Нужно создать определенную модель либо несколько разных финансовых схем для достижения желаемого.

Отдельные варианты в свое время у нас даже опробовали. Во-первых, это гарантирование 50% основной суммы долга по кредитам МСБ, во-вторых, возможность субсидирования процентной ставки. В этих схемах государство предоставляет финансирование, ну а доступ к деньгам - при выполнении определенных критериев и соблюдении стандартов - должны иметь все банки, которые хотят этим заниматься.

У нас уже есть программа субсидирования ставок для сельхозпроизводителей - в ней участвуют все банки. При таком раскладе не обязательно создавать один специализированный сельхозбанк и все деньги по этой программе направлять туда.

Повторяю, схем может быть несколько, а кредитные риски по ним лучше всего оценят именно частные банки. А роль государства заключается в частичном финансировании этих процессов.

В целом все понимают, что небольшие предприятия и компании - очень важный сегмент бизнеса.

Есть установка Президента страны, согласно которой доля товаров и услуг от МСБ должна составлять 50% от ВВП. Задача достаточно сложная, но опыт Алматы показывает, что она разрешима. Был период, когда 55% от всех налогов в городскую казну поступало от МСБ, и до 30% в отдельные годы - от финансового сектора. Таким образом, экономика отдельно взятого города может эффективно работать даже при отсутствии крупных предприятий.

- Если взять экономику, например, Сингапура или Малайзии, то там доля МСБ в ВВП весьма значительна. Но и в этих странах "города-паровозы" вытаскивают экономику своими силами. В Казахстане все равно есть и будут регионы, где доля МСБ останется не такой весомой, как хотелось бы.

- Безусловно. Необходимо понимать, что рыночная экономика асимметрична и не обладает одинаковой плотностью. Хорошо известно, что в первую очередь развивается столица, коммерческие центры или, допустим, самый крупный торговый порт. Разница в экономическом состоянии регионов будет всегда, в том числе и в отношении МСБ. Уравниловка во всем - это результат работы социализма, при рыночной экономике такого нет. Так что к неравномерности развития надо относиться спокойно.

Возьмем в качестве примера эволюцию банковской системы в Казахстане.

Люди уже забыли, что когда-то только в одной Южно-Казахстанской области было 38 местных банков, а сейчас нет ни одного.

В первые годы независимости присутствовал дух этакого рыночного романтизма, когда казалось, что любому человеку нужно выдавать лицензию на любые виды деятельности. Потом расхлебывали: кто-то должен был ликвидировать все эти банки, страховые компании, брокерские фирмы, которые расплодились десятками и сотнями и не приносили никакой пользы, а лишь усугубляли системные риски.

Еще один пример, мой любимый. В г. Сары-Агаш одно время на 50-60 тыс. населения работало 28 университетов. И все несли свет образования в массы. Большинство этих "учебных" заведений располагались в трехкомнатных квартирах, где сидел человек с добрыми глазами и, я думаю, за умеренное вознаграждение, выдавал зачетные книжки и дипломы. Кому нужны были такие университеты? И многие банки в начале 1990-х были таковыми лишь по названию.

Так происходит сейчас и с малыми предприятиями, многие из которых регистрируются, но реально не работают. Если таких небольших фирм создастся миллион, то через несколько лет на рынке от них остается лишь небольшой процент. Остальные уйдут, не выживут. Неудача в бизнесе - это одно из основных событий в рыночной экономике, которое, согласно статистике, встречается гораздо чаще, чем успех. По-настоящему прибыльных предприятий не так много, а в среде МСБ возможность банкротства достаточно высока по объективным причинам.

Знаете, в чем одна из причин успешного развития американской экономики? В том, что там не клеймят бизнесменов, чьи компании разваливаются.

Люди идут дальше, пробуют себя в новом деле.

В казахстанском бизнесе быстро наклеивают ярлык неудачника. Люди боятся предпринимательской инициативы и продолжают работать либо на крупных предприятиях, либо на государственной службе. Но ведь предпринимательский дух в том и заключается, чтобы человек был готов принять на себя все риски. Не надо забывать, сколько потенциальных предпринимателей сгинуло во время гражданской войны, в репрессиях 1937-го года, в борьбе со спекулянтами. Таким образом, многих потенциальных бизнесменов в XX веке повыбивали разными методами. Еще одним тормозом развития предпринимательства как класса стало отсутствие соответствующей инфраструктуры - бизнес-инкубаторов, например. Да и сегодняшняя система обучения на эффективное ведение бизнеса пока особенно не рассчитана.

- В период экономического бума банки активно занимались ипотекой и потребительским кредитованием, проектным финансированием в строительстве и т. д. В период кризиса часть заемщиков оказалась в состоянии дефолта. В то же время многие мелкие предприниматели вынуждены были идти навстречу банкам и досрочно возвращать кредиты. Есть мнение, что банки отчасти за счет предприятий МСБ выполняли свои внешние обязательства. Как Вы думаете, быть может, банкам следует более масштабно работать с МСБ?

- Во-первых, в числе проблемных заемщиков банков были и небольшие строительные компании. Говорить о том, что сектор МСБ отдавал кредиты лучше, чем розница или крупные корпоративные клиенты, нельзя. Такой статистики нет, оперировать цифрами за 1-2 года бесполезно, это усеченный анализ.

Кроме того, вывести такую статистику практически невозможно, потому что банки не пользуются единой методологией по кредитам. Например, в Народном банке ссуда размером до $1 млн считалась малым кредитом, от $1 до $10 млн - средним, свыше $10 млн - соответственно, крупным. Другие банки выдавали займы по $35 млн одному заемщику, и он у них классифицировался в качестве среднего бизнеса. Критерии должны быть одни, чтобы не было возможности манипулировать цифрами.

- В числе крупнейших банков России - банки с госучастием либо квазигосударственные. В Польше и странах Балтии в банковском секторе доминируют иностранцы. В Казахстане же все основные банки до кризиса были частными. Какая модель, на Ваш взгляд, является наиболее эффективной?

- У нас все привыкли ругать банковскую систему. Небезосновательно, конечно. Но критика всегда почему-то касается банков вообще, либо банковской системы в целом.

Проблема же состояла в том, что несколько банков набрали слишком много кредитов за рубежом и не очень удачно размещали их: выдавали в рискованных сферах, прежде всего, в недвижимости и даже, в одном случае, в секторе необеспеченных потребительских займов.

Теперь мы за это расплачиваемся, однако ситуация стабилизируется. Нынешнее участие государства в банковских капиталах будет временным - до выхода из кризиса, после чего банки вновь станут частными. Процесс реструктуризации внешнего долга БТА Банка и Альянс банка завершается. Надеемся, все пройдет гладко и по Темiрбанку. Казкоммерцбанк справился самостоятельно, и это очень хорошо.

Главный вопрос заключается в дисциплине. Например, в дисциплине, которую налагает рынок. Когда какой-либо банк выходит на внешние рынки, желая получить синдицированный заем и разместить свои бумаги, ему отвечают, что он и так слишком много назанимал, и отказывают. Так и должны были поступать западные кредиторы некоторых наших банков в 2006-2007 гг. Они же продолжали ссужать деньгами и следовательно, дисциплина рынков не работала.

Есть также дисциплина со стороны регуляторов, которые предпринимают предупреждающие ограничительные меры. У нас это было сделано слишком поздно и в малых масштабах.

Если бы с 1 июля 2006 года были введены ограничения на внешние заимствования! А я об этом говорил, но в те времена все воспринималось, как попытка борьбы с конкурентами со стороны Народного банка, где я в то время работал.
Между тем половина внешнего долга казахстанского банковского сектора сформировалась как раз с 1 июля 2006 г. по 1 июля 2007 г.

Конечно, история не знает сослагательных наклонений, но если бы внешний долг банков составил не $46 млрд, а $23 млрд, справиться с ним было бы гораздо легче и необходимость в реструктуризации долгов по трем банкам не возникла бы. Но у госорганов, видимо, не хватило политической воли для введения этих ограничений. Кроме того, в то время финансовый сектор и кредитуемый банками рынок недвижимости были локомотивами роста экономики, от них зависела почти половина прироста ВВП. Потому дисциплина регулятора не сработала.

Остается самодисциплина, которая была у Народного банка как у института. Но в те времена нас за нее критиковали. Тем не менее жизнь - штука справедливая, хоть справедливость эта наступает не сразу, а обычно через несколько лет или даже несколько десятилетий.

В целом, на мой взгляд, казахстанская модель банковской системы, 90% которой составляют частные местные банки, являлась и является оптимальной для постсоциалистической страны.

На долю госбанков - Банка развития Казахстана и Жилстройсбербанка, приходится небольшая часть рынка, к тому же они не конкурируют с коммерческими структурами. На долю иностранных банков, до продажи АТФ Банка, приходилось менее 10% активов.

Я считаю, что наша модель - самая здоровая и правильная. Потому как чрезмерная зависимость от иностранных банков представляет собой высокие риски для экономики страны в целом. В периоды проблем на развивающихся рынках руководители западных или восточных банков начинают вводить ограничения или же полные запреты на кредитование в своих "дочках". Мы это все проходили еще в 1998-1999 гг., после российского кризиса. Местные менеджеры не могли достучаться до головных банков. В условиях, если 80-90% системы контролируется иностранными банками, никакого прироста кредитования не будет. Как и других банков, через которые можно довести деньги до экономики.

- В настоящий момент власть по большому счету отходит от прямых дотаций бизнеса, исключая отдельные отрасли, переходя к методам нефинансовой поддержки. Как вы расцениваете такую тенденцию? Насколько бизнес продолжает нуждаться в льготных кредитах и других финансовых преференциях из бюджета?

- Верная тенденция, поскольку освобождение бизнеса от бремени риска может привести к повальному злоупотреблению государственной поддержкой и укоренению в сознании иждивенческого настроя. МСБ нуждается в льготных кредитах и других финансовых преференциях из бюджета настолько, насколько этого требуют кризисные условия. В то же время, наряду с усилением контроля в банковской сфере, вопрос по повышению финансовой культуры МСБ считаю важным и актуальным.

- Банки обладают достаточной ликвидностью, однако кредитование бизнеса и населения остается ограниченным. На Ваш взгляд, с чем это связано и как разрешить эту проблему?

- Некоторые банки, имея свободную ликвидность, не выдают кредиты, исходя из настороженной кредитной политики, которую они стали вести в условиях ухудшения качества существующего кредитного портфеля вследствие кризиса. Государство не вмешивается в кредитную политику БВУ, однако те банки, которые ввиду объективных или субъективных причин свернули кредитование реального сектора экономики под бременем расходов по обслуживанию внешних и внутренних займов (депозитов), рано или поздно будут вынуждены пойти на смягчение условий и увеличение объемов кредитования.

- Существует мнение о том, что закон РК "О микрокредитных организациях" дает им слишком много прав, то есть по большому счету деньги может выдавать кто угодно. С Вашей точки зрения, это хорошо или плохо? Нужны ли стране МКО как третий уровень банковской системы Казахстана?

- Рынок МКО - это тот редкий случай, когда государство в лице соответствующего органа добровольно отказывается от регулирования. Этому рынку нужно дать время, чтобы встать на ноги. МКО прежде всего ориентировали на работу там, где отсутствуют банковские филиалы - в сельской местности и небольших городах.

Сегодня мы пришли к тому, что, во-первых, этих организаций расплодилось множество, во-вторых, ставки по выдаваемым ими кредитам высоки, в-третьих, отсутствие регулирования породило много нарушений. И в-четвертых, что возмущает более всего, в крупных городах отдельные МКО начали выдавать, по сути, ипотечные займы - на шесть месяцев по ежемесячной ставке в 3%. Жилищные кредиты - вообще не сфера деятельности микрокредитных организаций, а их ставки - это чистой воды ростовщичество. Если так дело пойдет, нужно принимать закон о ростовщичестве.

Национальный банк неоднократно предлагал этому сектору, в котором работают и нормальные игроки, провести самоочищение, иначе чистку будет проводить государство. История показывает, что все крупные финансовые кризисы были вызваны деятельностью теневой банковской системы. Примеры: ссудо-сберегательная ассоциация в США в 1980-е годы, инвестиционные компании Юго-Восточной Азии в 1990-е и, конечно, инвестиционные банки и ипотечные брокеры в США сегодня.

Если государство поймет, что деятельность МКО представляет угрозу, чистка коснется тех организаций, которые пользуются отсутствием регулирования и фактически создают теневую банковскую систему. На самом деле такая работа неприятна и тяжела. Но если МКО сами не вырулят в нужную для страны сторону, то судьба многих из них будет печальна.

- Глава государства заявил, что МСБ должен стать становым хребтом экономики. На сегодняшний день много государственных структур занимается поддержкой малого и среднего предпринимательства. Не получится ли результат таким, как в известной поговорке: у семи нянек дитя без глаза? Есть ли необходимость в существовании единого государственного органа, исключительной задачей которого должна быть поддержка и развитие МСБ?

- Я не сторонник создания госоргана под каждую конкретную задачу и расширения числа бюрократов. Работает Фонд "Даму", зачем создавать еще агентство или что-либо другое? Конечно, в стране есть люди, которые хотят создания дополнительных государственных органов и специализированных госбанков. Так и появляются "бермудские треугольники", в которых безвозвратно теряются бюджетные деньги...

- Ваше мнение как ведущего эксперта всегда интересно представителям бизнеса. На какие экономические индикаторы Вы бы посоветовали обращать больше внимания предпринимателям в 2010 году?

- Главный индикатор, с которыми работает Национальный банк, - это, безусловно, показатель ВВП, прирост которого за прошлый год оказался лучше, чем ожидалось. То есть не в районе 0,1-0,3%, как прогнозировалось, а, по предварительным данным, около 1%. На этот год прогнозная величина ВВП составляет порядка 2%.

По итогам ушедшего года лучше сложился и показатель годовой инфляции. На 2010 г. мы устанавливаем прогнозный диапазон от 6% до 8%, то есть речь идет о том, что уровень инфляции приблизительно будет таким же, что и в 2009-м.

Третий показатель, который волнует всех, - это валютный курс. С 5 февраля коридор составит +10% и - 15% с серединой в 150 тенге за доллар. Но это не означает, что нас ждут большие колебания курса. В 2009 г., когда установленный коридор составлял +/- 5 тенге от тех же 150 тенге, реальные колебания были в районе 148-151 тенге за доллар. Если сохранится достаточно высокий уровень цен на нефть, металлы и другие экспортные товары, понятно, что тенге, скорее всего, будет укрепляться, но не так значительно. То есть 2010 год в этом случае мы проживем достаточно спокойно.

НОВОСТИ
Подпишитесь на нашу рассылку!
только актуальные статьи
на тему личных финансов

​​

наверх

123