Авторизация

x
Логин :
Пароль :
Войти через

Валютный хаос вернулся в мир

8 Ноябрь 2009 0 663 (с) and.kz

Валютный хаос вернулся, выдвинув на первый план требование относительно пересмотра международного денежно-кредитного порядка. Быстрое снижение курса доллара и фунта, а вместе с ними и юаня - более твердо привязанного сегодня к доллару, чем когда-либо - еще сильнее накаляет отношения. К тому же вернулись некоторые из призраков 1930-х годов, в частности опасение относительно несправедливых торговых преимуществ, вызванных конкурентоспособной девальвацией. Американский министр финансов Тимоти Гейтнер уже обвинил Китай в манипуляциях с валютой.

Есть два альтернативных и резко контрастирующих подхода к пониманию правильности валюты. Один из них заключается в проведении международной конференции, на которой эксперты предлагают модели вычисления обменных курсов, а политические деятели договариваются об их применении. Единственный успешный случай такой договоренности - Бреттон-вудская конференция 1944 года, но даже тогда обменные курсы, установленные на ней, оказались нереалистичными, и вскоре понадобилась огромная волна паритетных изменений (а также установление валютного контроля).

Другие конференции, основным на которых был валютный вопрос, оказались провальными. Президент США Ричард Никсон приветствовал Смитсоновское соглашение 1971 года как «самое значимое денежно-кредитное соглашение в мировой истории». Однако очень скоро оно было разорвано, а мир пустился в свободное плавание.

В 1987 году по результатам конференции в Лувре не было достигнуто вообще никакого соглашения. Некоторые участники полагали, что они согласились на своего рода полу-установку обменных курсов в форме целевых зон, однако мощный немецкий Бундесбанк никогда не разделял такой точки зрения.

История подсказывает, что коллективные переговоры о валютах и новом подходе к проблеме резервов вряд ли будут успешными.

Второй и более качественный подход заключается в достижении соглашений внутри каждой страны относительно того, какой должна быть соответствующая основа для валютной политики. Если такие соглашения получат широкомасштабное признание и не будут противоречить друг другу, то результатом их станет стабильная международная денежно-кредитная система.

Уже существует пример двух моделей такого консенсуса. В первом случае, столетие назад, вера подкреплялась золотом; во время более свежей волны глобализации она обеспечивалась возможностями человеческого интеллекта решать политические проблемы. Окончание инфляции и «большое смягчение» трех прошлых десятилетий оказались фундаментальными для либерализации большей части мира, а также для более устойчивой веры, торговли и процветания.

Поиски денежно-кредитного порядка в течение последнего периода были разбиты на две фазы. В более ранней попытке построить фундамент для устойчивой валютной политики акцент делался на денежно-кредитном планировании. Во время второй, более успешной фазы увеличивающееся число стран установили явные или скрытые инфляционные цели.

Однако планирование инфляции никогда не было очевидным понятием, и финансовый кризис дискредитировал ее окончательно. В 2003 году Бен Бернанке, бывший тогда губернатором Федеральной резервной системы США, заявил в своей речи, что многие американцы видели в планировании инфляции нечто «иностранное, непонятное, а возможно, и немного разрушительное». Сегодня это чувство стало еще сильнее.

Всегда существовала неуверенность относительно степени, до которой центральные банки должны иметь право пытаться исправить или ограничить «пузыри» на цены активов в те моменты, когда не наблюдается какого-либо соответствующего общего роста уровня инфляции. Растущие цены на активы ведут к общему росту покупательной способности, поскольку многие держатели активов желают (и могут) заимствовать больше. Многие европейцы пытались в последние годы утверждать, что валютная политика должна также принимать во внимание изменение цен на активы, тогда как американские законодатели и ученые в значительной степени сопротивлялись такому подходу.

Проблема заключается в том, что цены на активы и инфляция розничных цен могут двигаться в различных направлениях, как это было в 2000-х, и что взвешивание обоих факторов может привести к непоследовательным политическим рекомендациям. В результате центральные банки рискуют уйти от четко сформулированных политических норм. Исчезло доверие, связанное с простым правилом.

Финансовый кризис сделал нас мудрее. Процесс формирования валютной политики стал более сложным, но вместе с тем и более политизированным, в связи с чем появилась большая вероятность того, что этот процесс станет более хаотичным и в нем начнут проявляться острые различия в национальных подходах. Федеральная резервная система и Банк Англии не будут особо сильно беспокоиться в связи с возможным появлением новых видов «пузырей» активов на фондовых биржах или в предметах потребления. Однако Европейский центральный банк (ЕЦБ) будет обеспокоен ими гораздо больше.

Поскольку расхождения становятся явными, более интенсивными станут требования относительно расширенных политических обсуждений валютной политики и вовлечении политики в процесс ее формирования. Комитет по валютной политике Банка Англии часто представлялся пионером в создании прозрачной валютной политики. Однако с самой ранней стадии прозрачность, которая определялась распространением информации о том, кто голосовал за, а кто против увеличения курса, привела к тому, что общественность идентифицировала членов комитета в качестве ястребов или голубей.

Если сразу будет понятно, кто за какую из мер проголосует, то обязательно будет востребована дискуссия среди широких слоев населения относительно того, кто должен быть избран: почему бы не избрать комитет по денежно-кредитной политике, поскольку он является эффективным денежно-кредитным правительством? В Европе подобные дискуссии о политической ответственности европейских центральных банков кипели еще до появления ЕЦБ. Напряженные отношения между защитниками различных политических решений приведут к появлению спроса на большее количество политических мнений.

Эта задача походит на драматическое повторение истории, имевшей место между войнами, когда было невозможно добиться консенсуса относительно политики и взаимно последовательных политических рамок. В то время к центральным банкам также предъявлялись обвинения, если структура их политики (в то время - золотой стандарт) становилась раздробленной. В результате идея национализации центрального банка стала основной платформой левого крыла в Британии или Франции.

Это, в свою очередь, открыло путь к валютным манипуляциям в интересах экспортеров, фирм и проф¬союзов. Результатом стал международный денежно-кредитный хаос - и это именно тот путь, по которому мы движемся сегодня.

Авторское право: Project Syndicate, 2009, www.project-syndicate.org

Гарольд ДЖЕЙМС, профессор истории и международных отношений Принстонского университета, профессор Института Европейского университета во Флоренции. Его последняя книга - «Создание и уничтожение ценности»

НОВОСТИ
Подпишитесь на нашу рассылку!
только актуальные статьи
на тему личных финансов

​​

наверх

123