Авторизация

x
Логин :
Пароль :
Войти через

Низкая степень доверия к регуляторам может дорого обойтись тенге и экономике в целом

28 Февраль 2009 0 624 (с) по материалам panorama.vkkz.com

Дискуссия о том, получил ли кто-либо из крупных игроков валютного рынка преимущества в ходе девальвации, стала на прошлой неделе настолько острой, что Нацбанк был вынужден выступить со специальным опровержением (пожалуйста, предыдущий номер Панорамы). Во вторник ситуация, так или иначе связанная с недостатком уверенности у общественности в отсутствии расхождений между объявленной и реальной политикой Нацбанка на валютном рынке, снова перешла в практическую плоскость. На фоне распространявшихся, абсолютно лишенных логики, слухов о предстоящей новой значительной девальвации, в тот день на бирже были зафиксированы высокие объемы торгов. На утренней сессии было продано более $700 млн и еще $300 млн - на дневной. Председатель Национального банка Григорий МАРЧЕНКО заявил в связи с этим, что в Казахстане не будет второго витка девальвации, а "среднесрочность" сформированного валютного коридора в 150 тенге плюс-минус 5 тенге за доллар подразумевает нахождение курса на этом уровне на год и более, а не на месяц или три. Объяснением главного банкира по поводу сохраняющейся на валютном рынке напряженности стала связь этого явления со спекуляциями со стороны обменных пунктов, создающих дефицит валюты по ночам, продающих ее "с заднего крыльца" по мифическому рыночному курсу и сообщающих легковерным клиентам о "завтрашней девальвации", очевидно зарабатывая на этом неплохие деньги. Одним из путей решения проблемы является возможность достижения договоренностей с банками о работе их обменных пунктов по ночам, что ограничивало бы возможность дезинформации.

Вероятно, акцент, сделанный именно на небанковских "обменниках", может означать, что вторничный ажиотаж был связан, скорее, а может и исключительно, с увеличившимся спросом в рознице, а не с потребностями в долларах какого-либо из банков или их крупных клиентов, готовящихся к крупным выплатам. Г-н Марченко отметил также, что настроение рынка значительно изменилось, как только Нацбанк начал приобретать доллары, и впоследствии те, кто "покупал их у нас по 150,40 тенге, продавал их нам же по 150,15-150,20". Это пока, правда, можно считать достаточно мягким наказанием для "спекулянтов", учитывая, что у центрального банка есть все ресурсы для того, чтобы двигать курс внутри коридора. К тому же он предупреждал о возможности выхода за нижнюю границу в случае необходимости.

Цифра в $1 млрд, примерно совпадающая с теми объемами, которые были проданы накануне девальвации во второй половине дня, свидетельствует о "раздрызганном" состоянии рынка и том, что большие объемы на нем могут продаваться даже на фоне абсолютно лишенных логики слухов, не то что утечек информации из Нацбанка. В такое состояние ситуация приведена не в последнюю очередь как раз выглядящими абсолютно беспочвенными утверждениями о том, что выиграли в результате девальвации крупные банки, а само ее одномоментное проведение было связано чуть ли не с какими-то эгоистичными узкогрупповыми интересами в ущерб общенациональным. В реальности, однако, это выглядит переворачиванием ситуации с ног на голову, поскольку очевидно, что главным проигравшим в тактическом плане от 23-процентной девальвации оказывается именно банковский сектор, поскольку это пропорционально увеличивает размер его внешних выплат и ухудшает качество значительной части портфеля там, где речь идет о "долларовых" кредитах. Стратегически проигрыш банков мог бы быть и большим, поскольку потенциал для девальвации велик, и на самом деле Нацбанк, "срубая мачты, борется за плавучесть корабля".

В выигрыше оказываются экспортеры, для которых ослабление тенге, вероятно, несколько смягчает ситуацию, связанную с мировыми ценами на сырье. Довольно красноречивым выглядит сопоставление с Россией, где плавная девальвация, которая сама по себе была неизбежной и которой нечего гордиться, привела к резкому росту популярности валютного рынка и игры на нем уполномоченных БВУ. Ситуация, когда "есть у девальвации начало, нет у девальвации конца", привела к тому, что валютный рынок на несколько месяцев заменил фондовый. Невозможно было говорить и о том, что вливания в крупнейшие банки доходили до реальной экономики. Один из известных российских экономистов, ректор Высшей школы управления Владимир Мау считает, что сделанный в России выбор в пользу постепенной девальвации был исключительно политическим и с точки зрения экономики несет только минусы: и из-за прибыли уполномоченных банков на валютном рынке, и ввиду того, что процесс кредитования реального сектора был практически приостановлен на несколько месяцев.

Что касается Казахстана, то нависшая девальвация сдерживала темпы вхождения государства в капитал банков, которое могло бы состояться намного раньше. По оценкам г-на Марченко, обе проблемы надо было решать одновременно, так как два крупных банка не смогли бы, согласно стресс-тестам, самостоятельно выдержать 25-процентную девальвацию. Очевидно также, что суммы в тенге, полученные банками на капитализацию и размещение на депозитах, после состоявшейся девальвации - это далеко не эквивалент $4 млрд из Национального фонда. К тому же использование этих средств в Казахстане сопряжено с такими ограничениями (фактически банки, как выяснилось из обсуждения в правительстве на этой неделе, до сих пор ими не распоряжаются), что разговоры о спекуляциях на валютном рынке государственными средствами выглядят едва ли не преднамеренной провокацией.

Что касается покупок банками валюты за счет собственных тенговых средств накануне девальвации, которая казалось очевидной, то кого-либо вряд ли можно осуждать за это, поскольку такими в целом были преобладающие ожидания в экономике. Если бы девальвация оказалась полной неожиданностью для банков, это означало бы профнепригодность их руководства. За декабрь и январь обменные пункты суммарно продали на $3 млрд больше, чем купили. Если бы речь шла об утечке информации только во второй половине дня 2 февраля, то правительство и Нацбанк следовало бы признать идеальными конспираторами.

Последние события на валютном рынке также показывают, что степень доверия к государственным институтам имеет и определенное материальное выражение в виде потери золотовалютных резервов, оказания давления на тенге и в конечном итоге снижения жизненного уровня. Нахождение доверия к регуляторам на низкой отметке в течение длительного времени может очень дорого обойтись тенге и казахстанской экономике в целом. При этом для недоверия в том, что касается курсовой политики, объективно не так много причин, поскольку и г-ном Марченко, и г-ном Сайденовым принимались логичные и высококвалифицированные решения, уже опровергнувшие массу катастрофических прогнозов аналитиков.

Николай ДРОЗД

НОВОСТИ
Подпишитесь на нашу рассылку!
только актуальные статьи
на тему личных финансов

​​

наверх

123